В тот момент, когда террорист взвился в воздух, готовый уже нажать на спуск автомата, Фрост выстрелил. Потом еще и еще раз. Пули разворотили грудную клетку противника, он умер еще в воздухе, и спустя какой-то миг его тело тяжело свалилось на ледяную насыпь и сползло по ней, оставляя красные пятна.

Фрост — еще не веря своему счастью — тупо смотрел на мертвого террориста. Но через несколько секунд он начал приходить в себя, его легкие опять заработали, в горле сильно запершило и капитан почувствовал, что его сейчас вырвет. Так и случилось.

Преодолев приступ тошноты, он медленно поднялся на ноги, по-прежнему не выпуская револьвер из руки. Все его тело болело от ушибов, дыхание с трудом восстанавливалось.

Слева послышался легкий шум, и капитан повернул голову. Там стояла Марлен Штауденбрук. Она смеялась, Держа люгер в опущенной руке.

— А вы хороший лыжник, герр Кляйн.

— Ах ты… — прохрипел Фрост. — Ах ты, стерва… Почему же ты не стреляла в этого парня?

— О, вы ведь не нуждались в моей помощи. Вы такой мужчина… просто прелесть. Отлично было сработано. Теперь вы мне нравитесь.

Фрост с изумлением посмотрел на нее, а потом начал смеяться, почти истерически. Он чувствовал, что сейчас его опять вырвет.

— Я ужасно рад, что наконец вам понравился, — выдавил он. — И по этому случаю я сейчас возьму тебя, сучку паршивую, за зад…

Он не договорил, слово взял желудок и выбросил на снег остатки ужина.

— Ну, не расстраивайтесь, — примирительно сказала девушка, и капитан почувствовал, как ее рука в перчатке легла на его затылок. — Только вам надо больше тренироваться, скоро могут появиться и другие мои бывшие соратники, а вы, кажется, уже не в форме.